+7 (960) 444-04-00
+7 (863) 22-11-22-7
г. Ростов-на-Дону,
пер. Гвардейский, 11 Б, 2 этаж
(150м от Гвардейской площади)
лого танго
КЛУБ
ШКОЛА
АРГЕНТИНСКОГО ТАНГО
ПЕРВЫЙ НА ЮГЕ РОССИИ
бандонеон
ENG
СВОЙСТВА АРГЕНТИНСКОГО ТАНГО

 

Как отличить танго от танца, им не являющегося?

 

Сценические выступления аргентинского танго обычно постановочные, но как социальный танец аргентинское танго – в крайней степени импровизационный жанр. Основываясь на знании движений танго, танцоры создают фразы во время танцевания и почти не воспроизводят заранее подготовленные серии степов. Импровизация позволяет танцевать на переполненных танцполах и является бессловесным средством самовыражения.

Поскольку аргентинское танго – танец импровизационный, оно не подразумевает широко признанного или официального словаря движений, однако обладает свойственными ему чертами. Никакие конкретные серии степов, фигуры, паттерны и прочие структурные элементы не могут определить, что такое танго, хотя и являются полезными с педагогической точки зрения.

В отсутствие условных определений танго вопрос касается того, как отличить танго от танца, им не являющегося. Луи Армстронг однажды сказал: «Если ты спросишь, что такое джаз, тебе никто не ответит». Для многих людей попытка определить танго как танец представляет собой такую же проблему. Вместо определения танго следует дать обозначения тех свойств этого танца, который находится в непрерывном развитии.

Аргентинское танго имеет множество сходств с джазовой музыкой в том смысле, что у импровизации не существует никаких установленных правил, но существуют распространенные практики и способы. Люди, изучающие джазовую музыку или аргентинское танго, изучают варианты импровизации. И в этом смысле свойства аргентинского танго определяют распространенные практики импровизации.

Попытки четко обозначить, что такое аргентинское танго и чем оно не является, разбиваются о те же сложности, что и попытки дать четкое определение джазовой музыке. Как и джаз, аргентинское танго – это вид искусства, существующий в субкультуре; таким образом, границы танго задаются субкультурой. Именно субкультурные тенденции определяют, какие движения считаются частью этого танца, а какие – нет.

Неформальная группа лидеров субкультуры с неписаными стандартами практики, вероятнее всего, группа лучших танцоров городов (а в данном случае города, связанного с зарождением танго – Буэнос-Айреса), оказывает величайшее влияние на облик современного танго. Принадлежность к этой группе вызывает среди обычных приверженцев танго большое уважение к танцору.

Люди, не достигшие положения причастности к внутреннему кругу, оказывают гораздо меньшее влияние на характер танцевания танго, если вообще оказывают таковое. Для большинства танцоров танго ответ на вопрос, танцуют они настоящее танго или нет, заключается в ответе на вопрос, подражают ли они танцеванию людей, входящих в круг лидеров. Что удивительно, неписаные культурные границы танго зачастую бывают гораздо более прочны, чем распространенные формализованные характеристики танцев.

 

Но ничто из этого не означает, что танго – музейный экспонат или культурная икона, от которой веет конформизмом. Мы описываем нечто, что распространено в рамках изменяющейся субкультуры и что, разумеется, со временем неизбежно претерпевает изменения. Эволюцию танго движут смерти лидеров, появление новых лидеров, их нововведения и воздействия извне субкультуры.

Однако перемены в танго, как правило, способны сделать лишь те, кто признан в круге лидеров благодаря тому, что значительно преуспел в соответствии неписаным, но существующим требованиям к танцеванию. Лишь после этого достигаются высоты, на которых имеется возможность вносить в танец изменения.

Прежде чем представить миру новое искусство, Пабло Пикассо довел до совершенства свое умение воспроизводить уже существовавшие на тот момент художественные стили. Майлз Дэвис и Джон Колтрейн были признанными музыкантами бибопа и только потом стали известны как создатели ладового джаза. До того, как стать фолк-рок-музыкантом, Боб Дилан был известным исполнителем простого фольклора. Астор Пьяццола изумительно играл танго, прежде чем создать танго нуэво. На тот момент, когда Хуан Карлос Копес и Мария Ниевес начали вводить в танец новшества, они уже были выдающимися исполнителями.

Однако деятельность людей, изменяющих искусство, всегда ставится под сомнение, даром что эти люди имеют заслуженный статус мастеров в своем жанре. Их работы и мотивации становятся объектом пристального внимания – особенно самых ревностных сторонников существующих культурных порядков. Так, несмотря на очевидность танцевального мастерства, Густаво Навейра, Фабиан Салас и некоторые другие танцоры, работавшие с ними, предлагая миру новый стиль танго, сталкивались с повсеместным его неприятием.

Что же до нововведений, привносимых в аргентинское танго извне круга лидеров, в редких случаях, когда идеи новшеств быстро принимаются одним из лидеров танца, они реализуются, а их автор попадает во внутренний круг. Однако в подавляющем большинстве случаев новшества, предлагаемые людьми вне круга, признаются как «неподлинные», не удовлетворяющие требованиям настоящего аргентинского танго, каким его видит субкультура лидеров.

 

Автор: Stephen Brown

 
 
СТАТЬИ


SSL